...А нас позвал в дорогу далекий Млечный путь

С одеждой все просто – ее выбираешь точно по размеру. С миром вокруг сложнее – он всегда в движении и всегда немного не по нам. То широковат, то, наоборот, жмет в плечах. Рождение – вот наш первый выход из привычной уютной тесноты в неизвестное и пугающее пространство. Первый, бессознательный и самый отчаянный. Знай мы, какие метаморфозы предстоят нам уже в первые годы жизни, может быть, и задержались бы в раздумье на пороге… Так, задним числом, можно сделать важный вывод – иногда лучше не знать, что там, за поворотом, и тогда легче делать шаг вперед.  

Это приходит внезапно, как насморк – чувство, что нам тесно со старыми друзьями, а все, что они говорят, мы, кажется, уже слышали больше ста раз. Тесно в родительском доме, в семейном кругу или на нынешней работе, тесно в городе, где прошло наше детство и невозможно шагу ступить, чтобы не встретить знакомых. Как говаривал персонаж из детского фильма: «Старые друзья – конечно, штука хорошая, но они уже ничем не удивят». Так это или не так – вопрос другого порядка. Иногда и после 45 лет совместной жизни супруги находят, чем удивить друг друга, и, увы, не всегда в хорошем смысле. Но, может быть, именно для того, чтобы взглянуть на давно знакомые лица и пейзажи под новым углом, нам и нужно взобраться на новую колокольню. Повыше.

Психоаналитики, по крайней мере, знают достоверно, когда большинство из нас впервые испытывает это чувство – в возрасте от годика до полутора лет. В это время каждый ребенок выходит из симбиоза с мамой, делает первый самостоятельный шаг, падает, поднимается, делает еще шаг. И начинает открывать свой собственный мир – мир, в котором каждый предмет имеет свежесть и новизну, как будто он только что изобретен малышом лично. В нем столовая ложка – удивительное блестящее чудо, а стулья могут по необходимости превращаться то в корабль, то в поезд.

В два года все мы вертим головой по сторонам и пребываем в эйфории от того, что мы – не просто зрители на этом празднике жизни. Что, оказывается, на каждый предмет вокруг можно активно влиять, да и просто трогать и пробовать на вкус. Но очень быстро, через несколько месяцев, к ребенку приходит горечь от мысли, что прежней близости с мамой уже нет, что она, увы, отдельный человек со своими чувствами и желаниями, а его возможности влиять на окружающий мир оказались сильно преувеличенными. Это так называемый «конфликт воссоединения», и переживать его нам предстоит в будущем не раз и не два, а всякий раз, когда мы позволим себе смелость вышагнуть из старых привычных рамок. Вернуться в прошлое, где нам казалось тесно, нельзя – в лучшем случае это будут неплохие декорации того, «как все было раньше». А щемящая грусть (и даже порой невыносимая тоска) по тому прошлому, где все было ясно, определенно и предсказуемо, посещает время от времени всех.

И поэтому не стоит сжигать мосты, уходя. Сегодняшняя «унылая теснота» может оказаться через много лет и даже десятилетий тем единственным настоящим домом, о котором вы будете вспоминать. Или не будете. Подросткам в этом смысле сложнее других. Они чувствуют себя, как Алиса в Стране Чудес – помните, как, откусывая от волшебного гриба, она становилась то огромной, то совсем крошечной? Ощущение своего всесилия сменяется мрачным чувством беспомощности, готовность прямо сейчас переделать мир – мыслью о том, что мир этот, кажется, уже не переделаешь…

Им особенно важно знать, что место, куда можно вернуться, есть в природе, даже если они не всегда это признают. «Удерживайте детей распахнутыми руками» - писала Франсуаза Саган, а она знала в этом толк.

Если куда-то можно вернуться, как в старую одежду или удобные кроссовки, то и вырастать легче. И, опять же, нелишне иногда спросить себя – не карабкаюсь ли я вверх только потому, что меня до мурашек греет мысль о том, как я вернусь и покажусь всем в блеске новых успехов? Не хочу ли я просто доказать кому-то, что я силен, достоин, талантлив и вообще зря отвергнут? Не шепчет ли внутри нас обидчивый ребенок: «Они все еще узнают и пожалеют!». Осторожно, тут скользкий момент. Он может означать, что мы путаем тесноту с дискомфортом – а ведь это, согласитесь, разные ощущения, - и на новом месте (в новом городе, семье, работе) мы повторим старые ошибки. Новые лица, старые роли.

И только убедившись, что единственный человек, которому мы хотим что-то доказать – мы сами, что из прошлых ошибок сделаны выводы, а груз старых обид вынесен на свалку – только после этого можно шагнуть в новый мир, возможно, не прекрасный, и наверняка сложный. Но в этом мире для нас не существует пока стен и потолка.   

Анастасия Рубцова